Да, в очках в золотой оправе доктор, седовласый, пожилой, с умным носом – точь-в-точь как вы его вообразили при словах старый доктор – прокашлялся (не по-деловому, не для вида, а просто, чтоб прочистить горло, такая редкость нынче), прокашлялся и сказал, твердо и крепким голосом – вам стоит сделать прививку от жизни. Ваш организм изрядно ослаблен любовью, любовь сочится сквозь ваши поры, ослабляя тело, душу и разум, да, разум – а это вредно. И добавил, сморщившись жалостливо – я не понимаю, как вы жили до сих пор.
А непонятно, как жила девочка Машенька. Девочка Машенька отличалась крайним невезением в личной жизни. Скажем больше – личная жизнь терпеть ненавидела Машеньку. Она пинала ее ногами, она зажимала ей пальцы между дверями, она закрывала ее в лифте на ночь, она была серой и пахла тухлятиной.
Да. Девочке Машеньке очень не везло в личной жизни, хотя она была ничем не хуже других – руки ноги голова, разговор о Шопенгауэре, хлопнуть ресницами, и запястья у нее были не толстые.
Не будем говорить экивоками – в жизни Машеньки не хватало любви. То есть, любви в ее жизни как раз было много, она просто хлюпала этой любовью, расплескивала ее повсюду – пожилой врач в золотых очках даже поставил ей диагноз, отравление организма любовью, вот что. Но ей некуда было девать эту любовь, вот в чем была проблема. Да, отсутствовал в ее жизни объект любви.
В окнах дома напротив по вечерам пара кружилась в вальсе, и в такие моменты Машеньке казалось, что жить вовсе не стоит, не стоит даже пытаться сделать прививку, в такие моменты любовь сочилась сквозь поры Машиного тела и пачкала идеально вымытый пол, парами клубилась по комнате, оседала на кровати и мебели. Маша вздыхала. В сумке с собой она всегда носила штопор и купальник, и вот что еще – у нее были подруги.
- Я своего слепила из пластилина, - похвасталась подруга. – Немного неудобно – в постели временами части отваливаются.
- Какие части, - меланхолично уточнила Машенька. В ее голове настойчиво билась смутная, неоперившаяся мысль, и Машенька старалась ее не спугнуть.
Подруга захихикала, а Машенька поняла, что нужно делать.
Машенька, Машенька, милая Машенька, я не буду скрывать, я очень ей симпатизирую, этой девочке, этой девочке, желавшей любви и счастья. Счастье лепится самостоятельно.
Берется и лепится
Кусочек к кусочку, ломтик к ломтику. Пальцами разминай.. следи, чтобы руки были теплыми.
Машенька пошла в магазин, где купила следующие вещи – килограмм куриных окорочков, суровые черные нитки, немножко глазури и еще клей и много-много шерстяного вельвета.
Потом она пришла домой и достала заветный журнал – Вог за 2006 год, где со страницы 240 белозубо и ласково ей улыбался мужчина ее мечты, воплотившийся в теле Дэвида Бэкхема. Она бережно разложила все купленное на столе и долго всматривалась в картинку.
После чего Машенька, задумавшись, выкроила две ноги, две руки и голову, и еще кое-что. К вечеру мужчина был готов. Красивый, высокий, он открыл глаза, встал, подошел к Маше – а у нее, между тем, очень сильно заколотилось сердце – подошел и, улыбнувшись, сказал: «Я люблю Вас. Маша».
Так в жизнь Маши пришло счастье. По вечерам.
- Мой нежный и скромный малыш, пузатенький, карапузенький, пузенько-поленький, тайноголенький, - пела Машенька по вечерам, - Прижму к самому сердцу, самому что ни на есть, внутреннему, кровавому, горячему, красному, алому, вишнево-золотому-ому-ом-мани-падме-хуммммм»
«У него сердце в кончиках пальцев, потому он так ласкает и целует, и губы у него теплые», - шептала она телефонной трубке. Телефонная трубка вежливо гудела в ответ.
Шушру шуршу шушушушуш.
